19:22 

Grey Kite aka R.L.
Выменял совесть на инженерный калькулятор во втором классе начальной школы(С)
Название: Долг чести
Авторы: Чиора&Коршун
Жанр: ангст/романс стёбофарс
Рейтинг: PG-13
Таймлайн: между первым и вторым сезонами сериала.
Персонажи: рейхсадмиралы в количестве, в основном Оскар фон Ройенталь, а также Ян Вэньли и Вальтер фон Шёнкопф
Аннотация: азартные игры и их далекоидущие последствия. А во всём, как обычно, виноват Оберштайн
Комментарий: посвящается увиденному на японском фансайте фику с саммари "письма Ройенталя на Изерлон", а также любовным штампам.
Предупреждения: слэшные мотивы…в некотором роде.


Вечер в «Морском орле» протекал как всегда. Играли в карты, обменивались шуточками и последними сплетнями, Айзенах с Фаренхайтом сражались в шахматы, а Оскару фон Ройенталю было скучно. Он зевнул.

Отчаянно хотелось чего-нибудь новенького, например – он даже задорно ухмыльнулся пришедшей в голову мысли – например, пригласить в офицерский клуб Оберштайна. Всё же тоже офицер. Да. И посмотреть, что будет, когда он проиграет пару-тройку рейхсмарок – говорят он скуп, да и как не быть скупым, с таким-то лицом. Или – Ройенталю даже жарко стало от предвкушения – сыграть с ним… на желание. Какое, пока непонятно, но ведь придумать – не так уж и сложно.

Впрочем, мелькнула мысль, что «новичкам везёт», но Ройенталь грубо заткнул рот голосу здравого смысла и занялся продумыванием желания, которое сыграло бы с Оберштайном шутку максимально злую, но не нарушающую закон.

За самонадеянность он в конечном итоге и поплатился.

Поскольку от желания, спокойно озвученного выигравшим Оберштайном на следующий день, волосы встали дыбом не только у Ройенталя, но и у всех присутствовавших – а генштаб на анонсированное «развлечение» собрался практически в полном составе.

«А вы, генерал-адмирал, напишете письмо на Изерлон. Яну Вэньли, – гад ползучий ухмыльнулся одними губами и уточнил: – Любовное. И посмотрим, что он вам ответит».

И, не дожидаясь ответа – который, впрочем, оторопевшие адмиралы вряд ли могли бы дать – он поднялся и вышел за дверь.

Адмиралы молча проводили его взглядами, а потом как по команде синхронно повернулись к неподвижно сидящему Ройенталю. Тот смотрел в одну точку с выражением человека, не ожидавшего от мироздания столь подлой подставы.

– Ну и дела, – озадаченно произнёс Мюллер.

– Долг чести, – пожал плечами Фаренхайт.

-- Да я его… – сообщил Ройенталь до странности ровным голосом, – Вот этими руками. Пристрелю.

Из последовавших далее эпитетов в адрес Оберштайна более-менее приличным было разве что «собака чешуйчатая».

– Кажется, ты всё-таки влип, – пробормотал Миттермайер, когда ругательства исчерпались, – Но если хочешь, мы тебе поможем. В смысле… не пристрелить, а написать, - уточнил, заметив появившийся в глазах приятеля нехороший блеск.

Оскар мрачно пробурчал что-то насчёт того, где и в какой обуви он видел такую помощь, понимая вместе с тем, что писать придётся – а значит, отказываться от содействия будет неумно. К тому же, в противовес возмущению наглой выходкой Оберштайна, в нём проснулось странное желание довести дело до конца. И будь, в конце концов, что будет.

– Ну, представь, что это… гм, фройляйн. У них ведь женщины в армии служат? Служат. Так что… – неуверенно посоветовал Вален, наблюдавший за сменой выражений лица Ройенталя, сопровождавшей мыслительный процесс.

Меклингер тут же вызвался быстро набросать портрет этой прекрасной фройляйн – для нужной степени концентрации.

– А что – очень даже симпатичная, – заметил Фаренхайт, разглядывая набросок на обратной стороне карты вин – на салфетке Эрнст рисовать категорически отказался, – Очень интересные черты лица… Экзотические, я бы сказал.

Мрачный взгляд разноцветных глаз устремился на него. Фаренхайт благоразумно заткнулся.

– Ну ладно, Оскар, хватит, а то мы начнём подозревать, что ты никогда не писал любовных писем, – задумчиво протянул Меклингер, пока Ройенталь рассматривал переданный ему «портрет» с преувеличенной сосредоточенностью.

– Вообще-то, я обычно говорю всё, что нужно в каждом конкретном случае, вслух, – пробурчал тот.

– Вот и скажи спасибо, что он не захотел, чтобы ты сказал это вслух по дальсвязи, - заметил Миттермайер.

И работа закипела.

Ройенталь хмурился, но «ваши губы, подобные цветку» отверг, поморщившись.

– Какая пошлость, – сообщил он.

Предложивший «пошлость» Биттенфельд обиделся и демонстративно замолк.

После «пошлости» в ход пошли «блестящие волосы цвета воронова крыла, которые так хочется гладить и пропускать сквозь пальцы» и счастливо пришедшие в голову Фаренхайту – из древнего, докосмической эпохи романса – «очи чёрные, страстные», «мерцающее в которых пламя заставляет забыть о доводах разума».

– Щёки, нежные как персик, – продекламировал далее Фаренхайт, размахивая карандашом в такт своим словам, словно позаимствовал у Меклингера дирижёрскую палочку.

– Стойте, Адальберт, – оборвал его Ройенталь. – Во-первых, по голограмме не видно, во-вторых, у мужчин такого не бывает.

– А вы сравнивали? – спросил тот с притворным интересом. Ройенталь предпочёл пропустить вопрос мимо ушей.

- Давайте не отвлекаться, господа, - обвёл он адмиралов взглядом, припечатав злосчастный портрет ладонью. Господа изобразили попеременно искреннее сочувствие и столь же искреннюю заинтересованность, и продолжили мозговой штурм.

– По-моему, хватит, – заметил Мюллер, когда количество эпитетов превысило допустимые параметры, – а то с вражеским адмиралом приключится какой-нибудь инфаркт.

– Была бы неплохо, – мечтательно хмыкнул Вален, – Сколько проблем решилось бы…

На стол оперативно накидали исписанных несколькими разными почерками салфеток, на одной из которых оказались даже стихи Меклингера «На портрет неизвестной»*, предоставив Ройенталю выбирать из вариантов самостоятельно – а заодно отсеяв самое неподходящее, потому что «красивой округлой груди» у Яна Вэньли точно быть не могло.

Потом переключились на достоинства тринадцатого Союзного флота, которые дались адмиралам значительно легче, собрали черновики и торжественно передали их мрачному Ройенталю, вместе с письменным прибором и пачкой самой качественной бумаги, которая только нашлась в помещении офицерского клуба.

Биттенфельд изобразил по столу барабанную дробь.

-- А обращение не продумали, – вдруг вспомнил Лютц.

– Любимый? – ехидно предложил Фаренхайт.

– Дорогой друг? – задумчиво почесал подбородок Вален.

– Думай, что говоришь, между прочим, – фыркнул Лютц, – Дорогой враг?

– Милый? – предположил Вольф.

– Пусть тебя Эва так называет, – не выдержал Ройенталь, – Прекратите смех.

– Адмирал Ян?

– Слишком официально.

– Уважаемый противник?

– Вообще неизвестно что.

Адмиралов Рейха было не остановить. они перебрали все возможные способы именования и в результате остановились на вполне нейтральном.

– Дальше что? – устало спросил Ройенталь.

– Когда я впервые увидел вас… – напомнил ему Фаренхайт, – а когда это, кстати, было?

– В четвёртой при Тиамат. Такое не забудешь, – сообщил Меклингер, – и Лоэнграмм ещё попытался скомандовать «Огонь!»

-- Действительно, пытался? При том, что под брюхом «Брунгильды» пристроился этот… – спросил Ройенталь.

– Кстати, адмирал, не находите, что данный инцидент надо отразить? – взгляд был преувеличенно серьёзным и внимательным.

Но никуда не денешься – пришлось…отражать.

– А теперь надо написать о том, что вы сделаете с ним, когда он окажется в ваших руках, адмирал Ройенталь, – Биттенфельд отсалютовал жертве «долга чести» бокалом белого вина, которое открыли и разлили «чтобы легче думалось». На его лице читались титанические усилия, прикладываемые, чтобы не расхохотаться в голос или же не описать подробно – что. Ни то ни другое Оскару фон Ройенталю категорически не нравилось.

– Пора заканчивать этот фарс, – произнёс он со всей возможной сдержанностью, прикасаясь пером к листу шелковистой бумаги с гербом заведения. И стараясь не смотреть на лица остальных адмиралов.
__________________
* - Впоследствии никто из исследователей творчества адмирала-художника не смог идентифицировать женщину, которой они были адресованы.


***
У Яна Вэньли был принцип – просматривать почту сразу после того, как проснулся. Утреннее настроение трудно испортить ещё сильнее какой-нибудь гадостью, а ещё оно позволяет относиться к выдающим нелады с орфографией письмам юных созданий не как обычно, а как те и заслуживают.

На этот раз, благо, посланий было всего две штуки.

Некий журналист прислал «для ознакомления» копию статьи, вышедшей в последнем номере «Вестника Хайнессенполиса – как будто им ещё не надоело обсасывать биографию одного конкретного адмирала, словно леденцы. Правда, в отличие от леденцов, Яну от постоянного обращения к его биографии исчезнуть не грозит – единственное, что как-то радовало.
Листок с сопроводительным письмом незамедлительно полетел в утилизатор мусора, а флэшку он всё-таки положил в ящик стола – на всякий случай.

А вот следующее письмо в коробке оказалось… и тут адмирал не поверил своим глазам. Отправлено через Феззан, отправитель – Оскар фон Ройенталь.

Ян протёр глаза. Убедившись, что зрение не обманывает, он повертел письмо в руках и прочитал на пришпиленной к нему сопроводительной записке: «Следов опасных веществ или приспособлений не обнаружено». Адмирал пожал плечами и, распечатав послание, начал читать.

Начало письма ничего страшного не предвещало:
«Адмирал Ян Вэньли», – писал имперский стратег и тактик с легкомысленным прозвищем «Ромео-после-шести», и адмирал поневоле позавидовал аккуратному почерку. Его собственный, не поминая чью-то мать, могли прочитать только Юлиан – в силу привычки, и Фредерика – уж неизвестно, в силу чего…

«Когда-то я узнал Вас, как человека исключительного ума и исключительной храбрости и полюбил за них, ещё не зная, как вы выглядите. Странное обстоятельство – я поневоле завидовал тем, кто находился на флагмане Лоэнграмма, будто не корабли, а они и вы сами были так близко, ближе, чем возможно. Прошли годы – и Ваш флот вновь и вновь показывает в сражениях доблесть, на которую вдохновляют Ваших людей Ваш ум и сила Вашего духа».

Ян недоуменно прищурился на слово «полюбил»… может быть, списать на трудности перевода? Но дальше шли такие эпитеты, что понять их неправильно смог бы только ребёнок – да и тот, скорее всего, не ошибся бы.

«Когда же я увидел Ваше лицо на голограмме, то больше не смог сопротивляться вспыхнувшей страсти, и моим самым сокровенным и жгучим желанием стало увидеть Вас лично, с надеждой, что когда-нибудь мне удастся прикоснуться к Вам, удастся узнать – так ли на самом деле мягки и шелковисты Ваши волосы цвета воронова крыла, и не показался ли мне огонь тайной страсти, мерцающий в глубине ваших чёрных глаз»

Попытавшись представить себе адмирала Ройенталя, занятого лирическим созерцанием его собственного портрета, Ян потряс головой и ущипнул себя за запястье. «Нет же, вроде бы ребята Багдаша проверили эту…корреспонденцию на наличие веществ» - подумал он, хотя вещества могли поучаствовать в создании этого опуса и косвенно. Например, вдохновив автора на написание.

«Ни одна женщина никогда не станет для меня тем, чем стали Вы и мечты о встрече с Вами. Женщины глупы и несовершенны, они хотят от меня всего, но не получают ничего, а Вы – единственный человек, который мог бы рассчитывать на то, чтобы быть любимым мной. Но реальность безжалостно напоминает о себе, и мне остаются только жаркие сны – разве что однажды, когда я возьму Изерлон, моим самым драгоценным трофеем окажетесь Вы»

Адмирал отложил письмо и выудил из кучи беспорядочно мечущихся в голове мыслей три более или менее дельные:

«Это чья-то глупая шутка».

«Это психологическая диверсия».

«Надеюсь, ни Изерлон, ни я этому извращенцу* не достанутся».

«Но всё же никто не запретит мне мечтать о том, что однажды вы окажетесь в моих руках, и никогда – ни днём, ни ночью – не пожалеете об этом, потому что я дам вам всё, о чём вы только могли бы мечтать. Однажды я обниму Вас, загляну в Ваши бездонные глаза, которые заставляют меня терять разум, сорву поцелуй с Ваших несравненных губ и заставлю Вас закричать от наслаждения, когда наши тела сольются в порыве страсти».

Слишком живое воображение мгновенно подсунуло ему Ройенталя, готового осуществить развратные намерения незамедлительно, и адмирал задумался, не стошнит ли от послания, навевающего такие дикие конструкции, утилизатор. Впрочем, утилизатор – машина неживая, его не тошнит… в отличие от некоторых адмиралов, по ощущениям уже приобретших отчётливо-салатовый оттенок.

Ян решительно поднял со стола листок и перевернул его. К счастью, на обратной стороне не оказалось новых откровений, поскольку адмирал сомневался, что его хватило бы на ещё одну порцию.

«До радостной нашей встречи. О. v R.»

Надо же, такая пакость с утра пораньше, и надо бы уточнить – действительно ли его и пакостника разделяют тысячи световых лет, или идиотская шутка пришла в голову кому-то из его собственных подчинённых.

Багдаш, вызванный по комму, подтвердил, что письмо, судя по составу бумаги и чернил, действительно пришло из Рейха. «По-видимому, отправлено в обход официальных каналов, но это всё», – заметил он, по счастью, не проявляя нездорового любопытства к содержимому.

Представив, что было бы, если бы подобную белиберду прочитали в феззанском представительстве Союза, адмирал побледнел и покраснел, хотя даже не думал, что такое возможно проделать одновременно.

Он задумчиво посмотрел на листок письма - свёрнутый и безобидный. Надо было отдать должное имперскому адмиралу – нелады с орфографией и письма поклонниц (от двенадцати до семнадцати, а порой чуть за сорок) со всех концов Союза ни в какое сравнение с этим не шли.

Тем более, что те, в большинстве своём, добираться до него не собирались... Впрочем, в деле с... – Ян покосился на письмо – поклонником или шутником, – ему мог бы помочь более сведующий человек.

Вальтер фон Шёнкопф оказался в комнате отдыха, в просторечии именуемой «логовом розенриттеров». На просьбу зайти – «как будет минутка» – тот отреагировал незамедлительно, объвившись буквально через пару минут, когда Ян только едва успел привести лицо в порядок. Видимо, несмотря на старания Яна сделать тон просьбы как можно менее нервным, нечто скверное всё-таки можно было почуять.

– Генерал Шёнкопф, вы, кажется, хорошо разбираетесь в… любовных делах? Мне в руки попал… довольно странный документ, который… хм, – он к ужасу своему почувствовал, что вновь краснеет и решил, что всё же не сможет высказаться вслух, – и мне нужно, чтобы вы помогли мне понять, что с этой… штукой… делать дальше.

Шёнкопф пробежал письмо глазами и ошеломлённо посмотрел поверх злополучного листка на непосредственное начальство. Ян невольно сглотнул, приготовившись к худшему. Но Шёнкопф только усмехнулся, сворачивая листок.

– Не стоит принимать эту писанину всерьёз. Серьёзных последствий она точно не будет иметь. Вы ведь, конечно же, не намерены отвечать?

Ян пожал плечами, с которых только что свалился ненужный камень.

– Чтобы на это ответить, надо быть ещё большим психом, чем написавший. Да и вряд ли у меня получилось бы написать так, чтобы убедить его в том, что не следует предпринимать…поползновений, - он поёжился, ещё раз представив эти поползновения в красках и звуках. - Кратко и доходчиво.

Шёнкопф удовлетворённо хмыкнул.

- В этом действительно нет необходимости.

…И только решив, наконец, отправить послание в утилизатор, который не тошнит, Ян понял, что генерал… то ли спровадил его туда собственноручно и незаметно, то ли, забывшись, унёс с собой.

Но он не стал над этим долго размышлять, пожелав себе забыть это «любовное послание», как страшный сон.

_____________________________
* - Терпимость Яна, ограничившегося только вполне цензурным термином, относящимся скорее к намерениям на свой счёт, чем к чему либо иному, достойна уважения.


***
Оскару фон Ройенталю была не вовсе безразлична его репутация. Поэтому, когда последствия распития белого вина и более крепких напитков – прошли, а возможные последствия написанного и отправленного послания – слава Одину, что хватило ума не послать …это… по официальным каналам, на проверку в обоих представительствах – дошли до органов высшей нервной деятельности, Ройенталю стало ощутимо нехорошо. Тем более, что адмиралу от природы было свойственно богатство воображения.

Временами, когда в ожидании ответа становилось нехорошо совсем, он запирался в особняке и напивался в гордом одиночестве, мрачно размышляя о собственном моральном падении. Но в этот раз его отвлёк от неблагодарного занятия Миттермайер.

Появившись в доме, он оглядел приятеля, опрокидывающего очередной стакан, сочувственным взглядом и заявил:

– Во-первых, я бы на его месте отправил то, что мы понаписали, в мусоросжигатель и забыл. Во-вторых, если бы это кропание перехватили по дороге – то последствия бы уже были. В-третьих, прошёл месяц, а ответа ты не получил – так, думаю, и не получишь. Так что…

И Двойная Звезда отправилась прямиком в «Морской Орёл», где и возникла идея напиться уже в честь того, что ответ вряд ли будет получен. Распитию крепких напитков господа адмиралы были готовы предаться в любое время – был бы достойный повод. А этот как раз и был сочтён таковым.

– Что отмечаем? – спросил опоздавший Меклингер.

– Ройенталю не пришёл ответ от адмирала Яна, – сообщил ему Вален.

– Вынужден вас огорчить, – нерешительно сказал адмирал-художник, – дело в том, что мой поставщик сказал, что, не зная, где найти адмирала Ройенталя, лучше передаст мне письмо, которое его попросил доставить на Один один знакомый…

Ройенталь грозно поднялся из-за стола, но равновесия не удержал и был подхвачен более трезвым Миттермайером. После чего, посмотрев в упор на Меклингера, почему-то спросил:

– Поставщик чего?

– Это совсем неважно,* – махнул тот рукой, потом вытащил из-за пазухи письмо и передал Ройенталю. Он вцепился в документ, чувствуя, как по спине заранее стекает холодный пот, но всё же мужественно вскрыл его.

– Читайте вслух, – потребовал Биттенфельд, широко усмехаясь. Но Ройенталь его проигнорировал и быстро пробежал послание глазами, недоуменно покосившись на оттиск печатки с эмблемой розенриттеров.

«Адмирал Оскар фон Ройенталь!
Ознакомившись с вашим посланием, должен уведомить вас, что за подобные желания по отношению к моему командиру, при личной встрече – если она случится – отрежу вам по кусочкам всё, чем вы думали при написании письма – и это будет не голова – а глаза повыковыриваю на украшения. Но к адмиралу Яну вы не приблизитесь и на расстояние бластерного выстрела.
С уважением Вальтер фон Шёнкопф, корпус розенриттеров, бригадный генерал»


Ройенталь смял письмо в кулаке.

– Это нельзя зачитывать, – пробормотал он, чувствуя, что алкоголя в организме всё-таки недостаточно для полного безразличия к подобному, и от бросившейся в лицо крови он краснеет так безудержно, как вряд ли когда-нибудь удавалось всем тёмным шатенам вместе взятым.

– Нет уж, давайте сюда, – произнёсли, кажется, сразу несколько доблестных рейхсадмиралов.

– Иначе мы подумаем, что адмирал Ян ответил вам взаимностью, – нехорошо усмехнувшись, подхватил Адальберт.

Даже Миттермайер, сидевший рядом, с любопытством смотрел на проклятую корреспонденцию.

Упорно вглядваясь в столешницу, которая не могла ничего сказать или показать, Ройенталь бросил письмо в сторону – как бы предлагая ловить, если так интересно.

Над «трофеем» адмиралы столкнулись головами, а затем, как по команде, посмотрели друг на друга. Выражения лиц у них были до крайности ошарашенными.

– Ну и дела, – сказал, наконец, Мюллер – совсем как в начале всей истории.

– Можно подумать, что этот… Шёнкопф ревнует, – ехидно заметил Фаренхайт.

«Будем надеяться, меня никогда не отправят брать Изерлон», – обречённо подумал Оскар фон Ройенталь, наливая себе в некстати опустевший стакан ещё виски.

___________________
* - вопреки могущим возникнуть подозрениям, Меклингеру просто присылают ноты новых произведений союзовских композиторов.

@темы: джен, Legend of the Galactic Heroes, фанфики

Комментарии
2011-10-15 в 15:24 

Амелия Б.
Он искал истину, но нашел лишь пейотль
Какое трогательное единодушие генштаба)))))

2011-10-15 в 19:26 

D~arthie
Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и сожалеть :)) Beware: Alien+cat
Муррр, вписка в канон такой истории - это очень здорово. А Ройенталь реально крут - на его месте я бы уж как-нибудь да постаралась написать что-то намного менее однозначное)) И уж совершенно точно остереглась бы писать на бумаге с голубым Морским Орлом)))
Но Шенкопф тоже крут - угу, так и надо)) Как может позволить нормальный мужик такие поползновения в адрес своего командира? Имхо, он совершенно правильно отреагировал)) И это его долг - за-щи-щать!
Кстати, тут очень своеобразный Фаренхайт)) Он и в каноне совершенно не раскрытый персонаж... как бы узнать о нём побольше...

2011-10-15 в 20:26 

Grey Kite aka R.L.
Выменял совесть на инженерный калькулятор во втором классе начальной школы(С)
Чертополошина
Такой уж у нас генштаб.;J Няшные одмиралы, одно слово.))

D~arthie
Приятно, что нравится:) Вписка в канон - это и лёгкая ирония над конспирологией в том числе.
А Ройенталь... что Ройенталь. У него долг чести, да и господа адмиралы не уйдут из клуба без развлечения. Дружба дружбой, а лулзы - это лулзы.
на бумаге с голубым Морским Орлом)))
:lol: А вот о цвете авторы как-то забыли... Зато сейчас ярко возникла картинка, как Ройенталя называют "голубым орлом".))) Иронично так.

Кстати, тут очень своеобразный Фаренхайт)) Он и в каноне совершенно не раскрытый персонаж... как бы узнать о нём побольше...
Фаренхайт как-то сам получился. Его не спрашивали, а он влез со своими повадками тонкого тролля.;J В мои представления о характере, создавшиеся по ходу просмотра канона, это вписывается - хотя не сказать, чтобы он мне был сколько-либо симпатичен.

2011-10-15 в 20:56 

D~arthie
Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и сожалеть :)) Beware: Alien+cat
Grey Kite aka R.L., мне Фаренхайт более чем симпатичен. Тем более что сам он не сделал ничего плохого, только хорошее, и совершенно ни в чем не виноват.
И я всегда уважала людей, которые "допускают любую мысль" (ц)
Я никогда не забывала, что Фаренхайт был первым, кто оценил замысел Райнхарда - и ведь и Райнхард об этом никогда не забывал при всей его общей склонности пропускать мимо ушей такие вещи...
Короче, ещё раз - Фаренхайт мне более чем симпатичен. Намного больше, чем вытекает из этого фика.

2011-10-15 в 21:06 

Grey Kite aka R.L.
Выменял совесть на инженерный калькулятор во втором классе начальной школы(С)
D~arthie
А разве я в чём-то данного персонажа обвиняю? Отсутствие симпатии, к тому же, ещё не предполагает отрицательного отношения. И не противоречит интересу, хотя интерес сильнее в случае как раз окрашенности - той или иной степени.
Возникает такое ощущение, что я только что сказал про Фаренхайта какую-то гадость, и вы взялись его от меня со всем энтузиазмом защищать)
А говорилось только о том, что "всплытие" его в этом фике с довольно яркой характерностью было для авторов неожиданностью. Как к таким чертам отнесутся те, кто данного персонажа любит - я тем более не знаю.

2011-10-15 в 21:45 

Chiora
клопы несут диван
D~arthie,
А Ройенталь реально крут - на его месте я бы уж как-нибудь да постаралась написать что-то намного менее однозначное)) И уж совершенно точно остереглась бы писать на бумаге с голубым Морским Орлом)))
У Ройенталя случился приступ "назла" - когда "чем хуже - тем лучше" - хотели - получите, а что касается герба, то тут соавтору, который это предложил, мерещился, скорее водяной знак, чем логотип =))

Кстати, тут очень своеобразный Фаренхайт))
Ну, реплики, которые поручались адмиралам, поручались им в несколько... рандомном порядке, и мы и сами удивились, когда Фаренхайт !вдруг получился так ярко и характерно.

Чертополошина,
О да, они милы и любят стебстись над тем, кто попался.

2011-10-16 в 07:46 

D~arthie
Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и сожалеть :)) Beware: Alien+cat
Grey Kite aka R.L.
А разве я в чём-то данного персонажа обвиняю?
Так и я вас ни в чем не обвиняю))) Но вы сказали, что он вам не сказать чтобы сколько-либо симпатичен, а я - что мне он симпатичен, и объяснила, чем, в числе прочего.
Муррр... а между прочим, Фаренхайта не так уж редко воспринимают именно в таком ключе, как он получился здесь. Одна моя знакомая называет его "лапушка ехидная".

Chiora, дык за плечами стоит канон, и рандом получается нерандомным)) Вот тот же "приступ назла" у Ройенталя... с другим адмиралом, наверное, другое что-нибудь бы приключилось))

Мырь, в кабаках, пожалуй, чаще всё же логотип, причем довольно яркий - реклама же)) Но ладно, пусть там будет водяной знак))) И без того всё это происходило "под голубым орлом"... голографическим... И в свете конспирологии - ведь это было бы более чем в духе Райнхарда - вручить ему впоследствии голубой синий плащ именно поэтому))

2011-10-16 в 20:34 

Chiora
клопы несут диван
D~arthie,
за плечами стоит канон
Действительно стоит, и что характерно - оно интуитивно получается в рамках =))

Мырь, в кабаках, пожалуй, чаще всё же логотип, причем довольно яркий - реклама же))
Реклама, но если посетитель спрашивает бумагу, чтобы написать письмо, или что-то в этом духе, то он не станет писать на бумаге с логотипом =)

А мне, значит - голубой? Пойду убью Оберштайна! (из старого фандомного стёба)

2011-10-17 в 03:12 

Bernadett-e
В море соли и так до чёрта, морю не надо слёз.
Ох, Ройенталь! Старый, опытный камикадзе... :lol:

Но Шенкопф тоже крут - угу, так и надо))
Так вот почему он "Тристан" на абордаж брал?)

Соавторы, это замечательный стёб!

2011-10-19 в 23:27 

alena1405
А если нет разницы, то зачем?..
Grey Kite aka R.L.,

вау.... Сугой!

Но по всей логике повестовования, ответное письмо Розенриттеры должны были писать тоже хором. Эти и без всякого спора найдут себе приключения. Да, а Линц бы что-нибудь рисовал *_*

Вот только стартовая посылка меня сквикнула... У Оберштайна чувство юмора всё же значительно выше пояса, и уж тем более ухмыляться он бы не стал, даже "одними губами".

2011-10-19 в 23:39 

Grey Kite aka R.L.
Выменял совесть на инженерный калькулятор во втором классе начальной школы(С)
alena1405
Приятно, что понравилось.:)

Но по всей логике повестовования, ответное письмо Розенриттеры должны были писать тоже хором.
У нас, признаться, была такая идея.) Но получилось бы нечто сколь креативное, столь и малоприличное, так что в итоге решили ограничиться тем, что есть.

Да, а Линц бы что-нибудь рисовал *_*
Иллюстрацию к посланию Шёнкопфа в виде комикса, где подробно показывалось бы, что будет с Ройенталем в случае попытки добраться до Яна?:gigi:

У Оберштайна чувство юмора всё же значительно выше пояса,
Так это, собственно, и не по разряду юмора проходит - а по разряду укола для ройенталевского самолюбия. Роющий яму для аналитика сам не заметит, как в вырытой яме окажется.; ) На глазах остальных адмиралов, чьё чувство юмора как раз вполне себе этого уровня.

Беатрикс
Старый, опытный камикадзе...
Ройенталь умеет и любит нарываться, причем с совершенно естественным видом.;J

Так вот почему он "Тристан" на абордаж брал?)
Именно.)) А что, объяснение не хуже многих других.

Спасибо.:)

2011-10-20 в 10:20 

Chiora
клопы несут диван
alena1405,
Но по всей логике повестовования, ответное письмо Розенриттеры должны были писать тоже хором.
Полагаю, Шёнкопф счёл неуместным выносить тайну командира на обозрение своих ребят. Дело-то щёкотливое.

У Оберштайна чувство юмора всё же значительно выше пояса, и уж тем более ухмыляться он бы не стал, даже "одними губами".
Это не чувство юмора, как герр Коршун верно заметил - это понимание, что компания хотела развлечься за его счёт - и переключение "развлекаловки" на другую жертву.

Беатрикс, Так вот почему он "Тристан" на абордаж брал?)
А Ройенталь с перепугу справился с человеком в силовой броне, ага =)

2011-11-08 в 21:32 

Bernadett-e
В море соли и так до чёрта, морю не надо слёз.
Chiora, конечно, справился, ему дорого всё, чем он думает)

2012-03-30 в 20:20 

Освит
Но пока я дышу - не дописана эта страница... (с)
Вальтер в своём репертуаре. Жук такой Жук. Не переживай, парень, я всё решу сам.
Автор, браво! :hlop::hlop:

2012-03-30 в 23:32 

Chiora
клопы несут диван
Угу. Шёнкопф - он такой.
Спасибо от меня и от соавтора, если он не придёт сам))

2012-05-16 в 01:05 

Олег Чаров
По личным вопросам Мерлин принимает в каждую первую среду века.
Щас я вам дровишек подкину )))

картинка

2012-05-16 в 05:46 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Олег Чаров, так и знала, что тебе понравится)

2012-05-16 в 09:37 

Chiora
клопы несут диван
Олег Чаров,
да мы и так в этом хворосте по самые уши ))))

2012-05-16 в 09:43 

Мэлис Крэш
Да кому оно нужно, это бессмертие! ##### Я - гетеросенсуал. Других понимаю, себя - нет. ##### Фикрайтеры всех стран, объединяйтесь! Спасем героев от садистов-авторов!#####Я не Кенни! Я Эникентий Мидихлорианович!
Chiora, а я сейчас как раз сороковые смотрю...

2012-05-16 в 13:59 

D~arthie
Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и сожалеть :)) Beware: Alien+cat
Вспомнила, как поступил Шенкопф с этим письмом, и выражение его лица))) Но если это было то письмо из драббла - пожалуй, стоило бы сжечь...

2012-05-16 в 16:39 

Chiora
клопы несут диван
D~arthie,
Это было прошение об отставке, которое Яну вернули назад.
Я где-то даже демотиватор делала.

2012-05-17 в 22:40 

D~arthie
Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и сожалеть :)) Beware: Alien+cat
Chiora, ты думаешь, я забыла?))

   

Миры Танаки

главная